вторник, 3 февраля 2015 г.

Новое интервью и фотосессия Джейми Дорнана и Дакоты Джонсон для мартовского номера журнала Glamour


Чуть больше недели остается до самого ожидаемого события в жизни фанатов фанфикшена и книг "50 оттенков серого" (Fifty Shades of Grey). Да-да, мы о Дне Святого Валентина и премьере 1 части фильма о молодом миллиардере Кристиане Грее и студентки Анастейши Стил. Но сегодня хотелось бы поговорить не о героях этого фильма. а об актерах, сыгравших эти роли. Журнал Glamour и фотограф Стивен Пэн (Steven Pan) разместили эту "сладкую до боли парочку" на мартовской обложке номера. Джейми Дорнан и Дакота Джонсон ответили на вопросы о фильме, а так же сделали краткий видео-обзор своих признаний к "50 оттенкам" (Confessions from 'Fifty Shades''). Перевод интервью от Киви (Ирины), сканы журнала, сам фотосет и видео-ответы на краткие вопросы фанатов читаем и смотрим под катом

ДЖЕЙМИ ДОРНАН / JAMIE DORNAN 

GLAMOUR [ MARCH 2015]

"Я могу показать тебя, какой приятной может быть боль... Будет больно, но ты ничего не сможешь потрогать... Ты доверяешь мне, Ана?" 

Если вы не знаете, это миллионер Кристиан Грей уговаривает свою новую коллегу, выпускницу университета Анастейшу Стил в романе Э.Л. Джеймс «Пятьдесят Оттенков Серого», который вызвал Пятьдесят Оттенков Лихорадки. Начиная с 2011 года было продано более 100 миллионов экземпляров трилогии и отсылки к «50 оттенкам» появляются повсюду от альбомов классической музыки до детских ползунков ("Все, что хотела моя мама — это провести ночь с мистером Греем"). Возможно это и не связано, но сексуальные практики, которые полуляризирует эта книга, тоже становятся общедоступными с бондаж-клубами, неожиданно всплывающими в университетах Лиги плюща, и с резко возросшей продажей любимых секс-игрушек Аны. Нравится вам это, или нет — а большинству людей не нравится — это явление начинает распространяться. 13 февраля фильм «50 оттенков серого» приступает к завоеванию кинотеатров, а два его главных героя, которые раньше не привлекали особого внимания, Дакота Джонсон и Джейми Дорнан, скоро узнают, какого это, быть настоящими секс-символами.

Возможно вы узнаете их лица: Джонсон, 25-летняя дочь актеров Мелани Гриффит и Дона Джонсона, дебютировала в 10 лет в фильме своего отчима Антонио Бандероса «Женщина без правил». Затем она продолжила очаровывать зрителей маленькими роли в больших фильмах, таких как «Социальная сеть» и «Мачо и ботан», а также своей главной ролью в ТВ сериале «Бен и Кейт».


А 32-летнему Дорнану не в новинку быть "мужчиной, которого хотят женщины". Уроженец Белфаста, Северная Ирландия, 10 лет работал моделью Dior, Armani и Calvin Klein, позирую без рубашки с Кейт Мосс и в нижнем белье с Евой Мендес. Но если вы захотите пренебрежительно отнестись к нему, как к модели, пытающейся играть, а не как к актеру, который был моделью, его роль серийного убийцы в двух сезонах ВВС «Крах» излечит вас от этого заблуждения. 

Итак, они готовы? 

"Я не думаю, что кто-то сможет подготовить Джейми и Дакоту к тому, что произойдет, когда фильм выйдет на экраны", - говорит режиссер «50 оттенков» Сэм Тейлор-Джонсон. Тейлор-Джонсон (не родственница Дакоты) говорит, что она очень защищает обоих своих главных актеров, но даже она не сможет оградить их от критиков, готовых наброситься на такой материал. (Салман Рушди однажды заявил, что на фоне «50 оттенков» «Сумерки» выглядят «Войной и миром».) Но актеры и съемочная команда «50 оттенков» больше обеспокоены тем, чтобы угодить преданным поклонникам, которые собираются на досках объявлений и в книжных клубах, горячо обсуждая каждую маленькую новость о производстве фильма, начиная от Дорнана, взятого в последний момент на роль Кристиана (они спорили, был ли он достаточно хорошей заменой Чарли Ханнэму, который выбыл из проекта из-за несовместимости съемочных графиков), и заканчивая волосами Джонсон в трейлере (были ли они такие длинные и темные, как должны быть у Аны?). 

Так много предположений! Glamour погрузился в исследование реальной истории производства фильма, и в этом эксклюзивном интервью Дорнан, Джонсон и Тейлор-Джонсон по очереди раскрывают детали своих «50 оттенков» приключений на сегодняшний момент. Сейчас мистер Грей и Ко встретятся с вами. 


Об охоте за самыми горячими ролями Голливуда 

Дакота Джонсон: Я прочитала книги и меня привлек персонаж Аны, потому что она скрытная, любящая и честная, и потому что она и Кристиан оба невероятно умные, уверенные в себе и могут поспорить друг с другом на любом уровне. Я прослушивалась на роль два месяца, много раз встречалась с Сэм. Поэтому, когда я узнала, что получила эту роль, то подумала, что сейчас разрыдаюсь. Меня успокоило то, что неопределенность уже позади. 

Сэм Тейлор-Джонсон: Дакота была всем, чего я хотела от Анастейши. Она имела четкое представление о том, кто она, в тоже время, в ней была свежесть. Было трудно найти Кристиана, потому что в книге он идеален. В реальной жизни не много людей, которые бы удовлетворяли всем этим требованиям: быть харизматичным и обаятельным, успешным, богатым и красивым до жути. 

Джейми Дорнан: Сначала я не прослушивался. Я сделал запись в Лондоне с ассистентом режиссера по подбору актеров. Я ничего не слышал об этом до того момента, когда роль получил Чарли. Я подумал, что, как бы, смешно сказать, что ты прослушиваться на роль и жалко провалился. Потом, случилось то, что случилось (с Чарли), и двери вновь открылись. 

Дакота: Это было разочарованием (когда ушел Чарли). Но, я полагаю, все пошло по тому пути, по которому и должно было идти. 

Джейми: Я прилетел в Лос-Анджелес, прошел пробы (с Дакотой). Она была вовлечена в проект с первого дня. В тот день она пробовалась еще с двумя парнями. Я думаю, я был последним. Возможно все это ей уже слегка поднадоело, типа: "Просто найдите уже нужного парня", но она совершенно не показывала этого. Она сразу мне понравилась, хоть и была очень спокойной и невозмутимой. 

Дакота: Мы прочли сцену интервью (первая встреча Аны и Кристиана), что я делала уже множество раз. Я уже не помню, что я говорила потом. Он был очень спокоен, но отпускал шуточки - никто до него так не делал. Это выглядело правильным. 

Джейми: Это была часть Кристиана, который был, очевидно, пьян. 

Сэм: Кристан был сиротой. Его мать была наркозависимой проституткой. С ним плохо обращались. 

Джейми: Мне кажется, я понимаю людей, которые прошли через разные потери в ранней молодости. Моя мама умерла, когда мне было 16, а потом, когда мне было 17, четверо моих очень хороших друзей погибли в автокатастрофе. Утрата — это всегда тяжело, но когда это происходит в молодости, у тебя есть больше жизненной энергии, чтобы жить дальше: "Черт, ну почему это случилось?" 

Сэм: Джейми был в состоянии передать это чувство загадочности, подспудное ощущение измученной проблемами души. У него просто было все это. 

Джейми: Я получил роль за 6 недель до начала съемок. Меня предупредили, я знал об этом вечере, так что я ждал звонка. Было около 2 часов ночи. Моя жена (Амелия Уорнер, которая была тогда на тридцатой неделе беременности) ушла спать, а я бодрствовал, смотрел сериал «Хватай не глядя», потому что этот фильм меня успокаивает (смеется). Сэм позвонила сказать, что я принят. Я слегка толкнул жену локтем, когда ложился: "Эй, мы поговорим об этом завтра — мне нужно спать!" 


О превращении в Анастейшу и Кристиана 

Джейми: Мне пришлось много работать, чтобы придти в форму, потому что Кристиан, это тот, кто одержим этим. Но это не было по 6 часов в день. Вы же не захотите повернуться к своей глубоко беременной жене и сказать: "Я собираюсь в спортзал на 6 часов. Напиши мне, если начнутся схватки". 

Дакота: Вообще-то у нас с Джейми был общий тренер. Для меня было важно, чтобы тело Аны было похоже на тело спортивной студентки колледжа. И я должна была сниматься обнаженной, поэтому я хотела выглядеть хорошо. Я много тренировалась и дела больше эпиляций, чем нужно любой женщине. 

Джейми: За эти 6 недель перед съемками родилась моя дочка. Это было просто сумасшедшее время. Однажды вечером, в один дождливый вторник, я поцеловал жену и ребенка перед сном и в исследовательских целях пошел смотреть сеанс «доминирования и подчинения» в темницу. Доминирующий был, как бы, нашим консультантом. Он находился поблизости, всякий раз, когда мы снимали сцену в Красной Комнате (комната Кристиана для БДСМ-игр: связывания, наказания, садизма и мазохизма), чтобы говорить: «Вы делаете это неправильно». Поэтому я решил посмотреть, как он сам это делает... Было довольно весело, совершенно не похоже на то, как я представлял себе Кристиана в Красной Комнате. Я думаю Кристан подходит к этому немного серьезнее. 

Дакота: Я не ходила в эту секс-темницу. Я хотела сохранить свою собственную дистанцию от этого в начале, потому что хотела, чтобы реакция Аны на определенные вещи была абсолютно натуральной и честной, как у новичка. И я не слишком много читала о субкультуре БДСМ. Это о господстве и подчинении между двумя людьми. Для меня, есть что-то очень честное в желании хоть на одну секундочку потерять контроль. 

Джейми: Все это поведение не потому, что парни пытаются доминировать над девушками, побеждать их. Часто это делают по-другому. Эти по-настоящему сильные и влиятельные мужчины, такие как Кристиан Грей, весь день окружены подхалимами и подпевалами, и когда все заканчивается, они хотят, чтобы им говорили, что делать. 

Дакота: Если это ваше, замечательно. Чтобы вас ни впечатляло. 

Джейми: Первый день (съемок) был, как бы, внетелесным переживанием. Только я пришел туда, они сказали: "Мотор!", а я думаю: "Что, черт возьми, происходит?" 

Дакота: У меня было значительно больше времени на подготовку, чем у Джейми. Я должна похвалить его. 

Джейми: Кристиан был сложной задачей. Я играл пару психически неуравновешенных парней, серийных убийц... и персонажей, которые обращались с женщинами не подобающим в обществе образом. Но это всего-лишь телевидение, кино — это не реальность. Я всегда глубоко уважал женщин. У меня две сестры. Мой отец работал акушером-гинекологом, заботясь о женщинах... Но ты должен найти что-то привлекательное в каждом персонаже, которого играешь. Мне нравится, какой Кристиан энергичный и целеустремленный. Хотя, я не думаю, что он бы мне понравился, если бы он был реальным парнем и мы бы встретились. 

Дакота: Мне кажется, Кристиан притягивает женщин, потому что он очень элегантен и амбициозен, умен и силен. Хотя я не знаю, смогла ли бы я быть такой терпеливой с ним, как Ана. 


О Красной Комнате 

Дакота: Я не видела Красной Комнаты (съемочного павильона) два с половиной месяца. Все ограждали меня от нее. Я даже не видела никаких фотографий. Когда я первый раз открыла дверь, это был совершенно другой мир. Там были плети, конструкции для фиксации, скамья для порки, сделанная точно по форме моего тела. Это было очень круто. 

Джейми: Я изучал узлы, застежки, и как пользоваться плетью. Это был первый раз, когда я проделывал такое с реальным человек (с Дакотой). 

Дакота: Сцены в этой комнате были определенно самыми незащищенными в фильме. Но это была очень закрытая съемочная площадка - моя мама сказала мне, что я вправе просить об этом во время съемок откровенных сцен, поэтому казалось, что Джейми, Сэм и я были одни в этом маленьком мире. 

Джейми: Некоторые действия в Красной Комнате были некомфортными. Временами на Дакоте почти ничего не было надето, а я должен был делать с ней то, чего бы я никогда не стал делать с женщиной. 

Дакота: Довольно тяжело сниматься нагишом, привязанной к кровати. Потом они делают смену плана, а ты по-прежнему голая и привязанная к кровати. Джейми был первым, кто накидывал на меня плед. 

Джейми: Я хотел защитить Дакоту, потому что осознавал, что возможно для нее нелегко быть обнаженной в таких ситуациях. А у Сэм, как у режиссера, была потрясающая способность помочь всем чувствовать себя расслабленно. 

Сэм: Мы оставили на последние недели съемок все, что было эмоционально трудным или имело сексуальный характер. К тому времени у нас была возможность так хорошо узнать друг друга, чтобы между нами установилось доверие, необходимое для того, чтобы двигаться дальше. Эти дни на съемочной площадке были спокойными, но вы определенно могли бы почувствовать напряжение. 

Дакота: Было несколько болезненных моментов. Один раз я получила травму, когда он резко бросил меня на кровать — было чертовски больно. А однажды мы снимали сцену на кухне Кристиана, и я подумала, что будет весело спрятаться в шкафу. Я потянула ручку, но это был ненастоящий шкаф, и вся декорация свалилась на меня. 

Джейми: Она такая забавная. Не настолько, как она думает, но забавная. (смеется) 

Дакота: То, что я могла с ним посмеяться, было здорово. Иногда я уходила со съемок, чувствую себя слегка шокированной. Дорога с работы домой всегда помогала мне отойти от этого. И большой бокал вина. 

Джейми: У меня никогда не было таких экранных взаимоотношений с другими актрисами. Мы уважали друг друга и доверяли друг другу. Мы должны любить друг друга за это, чтобы работать. 


О фанатах, ненавистниках, и обратном отсчете до положения мегазвезд 

Сэм: Я так сблизилась с этим фильмом, что могу многое предугадать, что понравиться людям, а что нет. Мне кажется, мы с уважение отнеслись к книге и поняли, что хотят увидеть фанаты. Но это также несколько другое, потому что это кино. Конечно я переживаю за то, как воспримут его фанаты, было бы не нормально, если бы я не нервничала. 

Джейми: Я уже слышу: "О Господи, Вы Кристиан Грей!". А я говорю: "Нет, я Джейми! Я актер". Когда фильм выйдет на экраны, возможно этого будет больше. Я не думаю, что к этому можно подготовиться. Можно забаррикадироваться мешками с песком и держать внутри запасы продовольствия. Но я просто хочу жить своей жизнью. У меня те же друзья, что были в раннем детстве. Никто их них не занимается тем, чем я, и, честно говоря, никого из них не заботит, чем я занимаюсь. Одно меня успокаивает — никто из них никуда не уйдет, и неважно, какова моя репутация, или что происходит в моей карьере. 

Дакота: Я горжусь нашим фильмом. Я категорически не согласна с людьми, которые считают Ану слабой. Я думаю, на самом деле она сильнее его. Все, что она делает, это ее выбор. Если бы я могла, то была бы защитником для женщин, которые делают со своими телами, все что хотят и не стыдятся того, чего хотят, я была бы всецело за это. Моя мама приезжала на один день (во время съемок). Она гордится мной. Но я не хочу, чтобы моя семья смотрела этот фильм, потому что это неприлично. Или друзья моих братьев, с которыми я выросла. Полагаю, они бы подумали: "Бе-е". А часть меня вообще не хочет, чтобы этот фильм кто-нибудь увидел. Шучу. 

Джейми: Когда моей дочке будет 18, я не собираюсь ей говорить: "Ты должна посмотреть на папу в «Пятидесяти оттенках серого»". Лучше будет оградить ее от созерцания папиной задницы на большом экране. 


***
Ready or not, Fifty Shades of Grey is here—and in an exclusive interview, stars Dakota Johnson and Jamie Dornan talk to Glamour’s Genevieve Field about the rumors, the Red Room, and the many, many ways they bonded…

can show you how pleasurable pain can be.… There will be pain, but nothing you can’t handle.… Do you trust me, Ana?

If you have to ask, that’s billionaire Christian Grey smooth-talking recent college grad Anastasia Steele in E.L. James’ Fifty Shades of Grey, the novel that sparked Fifty Shades Fever. Since 2011 the trilogy has sold more than 100 million copies and “Fifty Shades” references have been slapped onto everything from classical music albums to baby onesies (“All my mommy wanted was a night with Mr. Grey”); perhaps not coincidentally, the bedroom practices popularized by the book have gone mainstream too, with bondage clubs popping up at Ivy League schools and sales of Ana’s favorite sex toys skyrocketing. But like it or not—and lots of people don’t—the phenomenon is just getting started. On February 13 Fifty Shades of Grey the film is set to dominate theaters, and its two previously under-the-radar stars, Dakota Johnson and Jamie Dornan, are about to find out how it feels to be bona fide sex symbols.

You may recognize their faces: Johnson, the 25-year-old daughter of actors Melanie Griffith and Don Johnson, made her film debut at only 10 in Crazy in Alabama, directed by her stepdad, Antonio Banderas. She went on to charm audiences with small roles in big pictures like The Social Network and 21 Jump Street, as well as the lead in the critically beloved TV show Ben and Kate. And Dornan, 32, is no stranger to being the Man Women Want. The Belfast, Northern Ireland, native spent 10 years modeling for Dior, Armani, and Calvin Klein, posing shirtless with Kate Moss and in his undies with Eva Mendes. But if you’re tempted to dismiss him as a model who’s “trying” to act, instead of an actor who modeled, his two seasons as a serial killer in the BBC series The Fall will cure you of that notion.

So are they ready? “I don’t think anyone can really prepare Jamie and Dakota for what’s going to happen when this film comes out,” says Fifty Shades’ (female!) director, Sam Taylor-Johnson. Taylor-Johnson (no relation to Dakota) says she’s “very protective” of both her stars, but even she won’t be able to shield them from critics ready to pounce on the material. (Salman Rushdie once proclaimed that Fifty Shades the book “made Twilight look like War and Peace.”) But the Fifty Shades cast and crew are more concerned with pleasing die-hard fans, who congregate on message boards and at book clubs, hotly debating every morsel of news on the film’s development, from the last-minute casting of Dornan as Christian (was he a good enough replacement, they debated, for Charlie Hunnam, who dropped out because of scheduling issues?) to Johnson’s hair in the trailer (is it as long as Ana’s should be? as dark? as bedhead-y?).

So much speculation! Glamour went in search of the real story of the making of the movie, and in this exclusive, Dornan, Johnson, and Taylor-Johnson took turns divulging the details of their Fifty Shades ride so far. Mr. Grey and Co. will see you now.

ON BECOMING ANASTASIA AND CHRISTIAN
JAMIE: I had to do a lot of work to get in shape because Christian’s someone who’s very anal about that. But it wasn’t six hours a day. You don’t want to turn to your heavily pregnant wife and say, “I’m going to the gym for six hours. Text me if you go into labor.”
DAKOTA: Jamie and I actually shared a trainer. It was important to me that Ana’s body look like that of an active college student. And I was going be naked, so I wanted to look good. I did a lot of working out and had more waxing than any woman should have!
JAMIE: In that six weeks before filming, my daughter was born. It was just an insane time. For research, one rainy Tuesday evening, I kissed the wife and baby good night and went to watch a dominant-submissive session in a dungeon. The dominant was our sort of adviser on the job. He’d be on hand anytime there was a scene in the Red Room [Christian’s playroom for BDSM, bondage, discipline, sadism, and masochism], to say, “You’re doing that wrong.” So I watched him do his thing…. It was quite jovial, a very different approach to how I saw Christian being in the Red Room. I think Christian takes it a bit more seriously.
DAKOTA: I didn’t go to the sex dungeon. I wanted to keep myself distanced from it at first because I wanted Ana’s reaction to certain things to be completely honest and real, like new. But I did do a lot of reading about the culture of BDSM. It’s about the ebb and flow of control between two people. To me, there’s something really honest in wanting to completely give up control for just a second.
JAMIE: This whole movement isn’t guys tying up girls and spanking them. It’s often the other way around. These really powerful men like Christian Grey are surrounded by yes-men and yes-women all day, and when it goes dark, they want to be told what to do.
DAKOTA: If that’s your thing, great. Whatever blows your skirt up.
JAMIE: The first day [of filming] was kind of an out-of-body experience. I got there and they said, “Action!” I’m like, “What the f–k is happening? I’m a dad. What?”
DAKOTA: I had way more time to prepare than Jamie did. I have to commend him.
JAMIE: Christian was a massive challenge. I’ve played a couple of sick, sick dudes, serial killers…and characters who don’t treat women the way society deems appropriate. But it’s just TV, movies—it’s not real. I’ve always had a deep respect for women. I have two sisters. My father spent his career as an obstetrician-gynecologist caring for women…. But you have to find something likable in every character you play. I like how driven Christian is. [Still], I don’t think I would like him if he was a real dude and we met.
DAKOTA: I feel like women are so drawn to Christian because he is very elegant and ambitious and smart and strong. I don’t know if I would have the patience that Ana has for him, though.

ON ENTERING THE RED ROOM
DAKOTA: I didn’t see the Red Room [set] for two and a half months. Everyone kept it from me. I didn’t even see any photos. When I opened the door the first time, it was a whole other world. There were floggers, riding crops, and a whipping bench made to the exact shape and height of my body. Which was pretty cool.
JAMIE: I’d learned [about] knots, buckles, how to use a whip. [But] the first time I did it with an actual person [was with Dakota].
DAKOTA: The scenes in that room were definitely the most vulnerable scenes in the movie. But it was a very closed set—my mom told me that it’s my right to ask for that during intimate scenes, so it seemed like [Jamie and Sam and I] were in this little world together.
JAMIE: Some of the Red Room stuff was uncomfortable. There were times when Dakota was not wearing much, and I had to do stuff to her that I’d never choose to do to a woman.
DAKOTA: It’s stressful enough to be tied to a bed naked in a scene.
But then they call cut, and you’re still tied to the bed, naked. Jamie would be the first one to throw a blanket over me.
JAMIE: I felt very protective and aware that it probably wasn’t easy for her to be put in those situations, and exposed. And Sam, as a director, has an amazing quality of making everyone feel very relaxed.
SAM: We left anything that was emotionally difficult or of a sexual nature until the last few weeks of filming. By that point we had time to get to know each other, to build that trust, which was important to be able to go into the next realm. Those days on set were calm, but you could definitely feel tension.
DAKOTA: There were some painful moments. I got whiplash once from him throwing me on the bed; so f–king painful. And I wish we had a gag reel from the shoot. One time we were doing a scene in Christian’s kitchen, and I [thought it’d be funny] to hide in a cabinet. I pulled the handle, but it was not a real cabinet. The entire set came down on me.
JAMIE: She’s very funny. Not as funny as she thinks, but she’s funny. [Laughs.]
DAKOTA: The fact that I could laugh with him was nice. Sometimes
I did walk off the set feeling a bit shell-shocked. The drive home from work always helped me snap out of it. And a big glass of wine.
JAMIE: I’ve never had an on-screen relationship as intense with another actress. We respect and trust each other. We have to be fond of each other for this to work.

Confessions from 'Fifty Shades'' Jamie Dornan and Dakota Johnson




СКАНЫ / SCANS - GLAMOUR UK


СКАНЫ / SCANS - GLAMOUR US


 

  

  


____________________________________
Перевод: Киви (Ирина) Специально для britishboys.ru / britishboyfriends.blogspot.com. При полном или частичном копировании информации получение разрешения и активная ссылка на блог обязательны. Please credit if you use